Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

vs

(no subject)

Колотит в стол:
«Тук-тук. Я тут.
Я тук и жир.
Я тот».
А пот течёт
От рук к руке,
Как электричество в звонке:
«Смотрите, он пришёл».
Что тут смотреть?
Он тенью пишет «нет»
И «да»,
Как будто смерть не навсегда,
Как будто жизнь.
Он говорит мне:
«Я – твой брат,
Твой нерождённый брат-близнец
И измождённых стад телец,
А ты меня не уберёг,
Покуда жертвенник в огне
На небо принимал дары.
Твой дар был пар,
Мой дар был дым,
Всё вместе стало смог.
Мы хорошо сидим,
Смотри».
А что смотреть?
Я тоже помню этот день.
Там выходили города
Из деревень
Не навсегда.
Я разве вспомню этот день?
Текла слоёная вода
И окружённая среда
Свистала всех наверх.
А после снова стал четверг,
Да он и не страдал.
Сегодня столик ходуном
Морзянку лупит кверху дном,
И да, и нет –
И всё о нём.
И всё – не обо мне.
А я там был,
Мой дар был пар
И таял на окне.
vs

(no subject)

Ангелы подтягивают Землю голосяным канатом,
Тот и этот подтягивают земле
Голосяным канатом,
Хрусталём прокуренной парусины
Белую твердь, и твердь золотую,
И смерть, и дверь, хлóпком хлопочущую впустую.
Смерь его длины, его величины,
Его крепкие нитки неразличимы,
Неугасимы,
Тянут-потянут, и так, натянутые до упора,-
Неразрывно связывают горло и горлодёра.
vs

(no subject)

Серых рук в снегу и на воле
Остаются следы в нечистом поле,
На нечистых полях,
На чистых облетевших дымом
Зимних тополях,
Облетевших весь город по круглому кругу,
Там оставивших заметку, здесь зарубку
Невидимо, невредимо
Побредём, побредим,
Встанем на светофоре
Замёрзшим прудом,
Льдом и бреднем
В рытвинах и зарытых рыбах,
Паузой, прокрученной на повторе,
Тайна тает на губах улыбок,
Замерзает на глазах недомолвок.
Парохожий в воздухе так неловок,
Зыбок,
Угловат
И разматывает руками,
Точно много ватт
Проходит под сапогами,
Заживает, уже не болит в канавах
У канавинских бабок земля за щёлкой,
Потому что Земля,
Наклонившись набок,
Туго клацает дверь защёлкой,
И дыханья над мёртвыми головами,
Как стволы, обручаются внутрь годами,
Рвотным валом в красных кремлёвских стенах,
На вокзалах и автострадах,
Видишь, как разминается тонкая тень их,
Жатый шёлк, суповой панбархат.
То не вечер проходит одним парадом –
Зимний день переходит в другой порядок,
Весь разрезан, разрежен на горловой подложке,
Как аспирин и сода
Неисцелимо
Полоскали голос в весьмадесятом,
Разбавляли жёлтым фурацилином
Между концом и началом года
Делится атом.
vs

(no subject)

Когда по всей земле земля,
Как сумасшедшая, ходила,
То вдыхали: «Во дела»
Деревья с мёртвыми корнями,
И что-то оседало в яме,
Которая горой была.
И неврастеник городской
За свой тонометр хватался,
И нерв у основанья пальца
Колол ответственной тоской.
И городская пыль со дна
Такой метёлкой поднималась,
Что, погляди, какая малость,
А так саднит. И так саднят.
vs

Ульяна Гамаюн "Ключ к полям"


Booknik
Растроение личности

Книга Ульяны Гамаюн «Ключ к полям» получила премию «Неформат», предисловие к ней написал Юрий Мамлеев. С такими рекомендациями ожидаешь прочесть что-то хулиганское, эпатирующее, с непременными шатунами, живыми смертями и прочей метафизически-реальной расчлененкой. Но «Ключ к полям» на то и неформат, чтобы нарушать правила.

Евгения Риц